Skip to content

Published: 28.06.2015 Categories:

Стеклянный дом Сергей Устинов

У нас вы можете скачать книгу Стеклянный дом Сергей Устинов в fb2, txt, PDF, EPUB, doc, rtf, jar, djvu, lrf!

Сказка про славного царя Гороха и его прекрасных дочерей царевну Кутафью и царевну Горошинку. Сказка про Храброго Зайца — длинные уши, косые глаза, короткий хвост. Сказочка про Воронушку — чёрную головушку и жёлтую птичку Канарейку. Быль-небыль про железную гору. Как Новый год не пришел. Как Огонь Воду замуж взял.

Как солнышко электрическую лампочку зажгло. Как Тата голос выплакала. Как я через лапти в люди вышел. Луна, Лужица и Бельмо на вороньем глазу. Маляр с золотой медалью. Маркел-Самодел и его дети. Милорд-Горбун и говорящая гвоздика. Про торопливую Куницу и терпеливую Синицу. Семь королей и одна королева. Семьсот семьдесят семь мастеров.

Сказка о большом колоколе. Сказка о старой ведьме. Фока — на все руки дока. Царь Горох и царица Курица. Захочешь есть — говорить научишься. Как Томка научился плавать. Как Томка не показался глупым. Почему Тюпа не ловит птиц. Почему Тюпу прозвали Тюпой. Главное - ничего не бояться! Как добраться до Антарктиды? Девочка с разными бантами. Как мы искали партизан. Мой друг Лёня Савочкин. Не будем думать о плохом Первый день настоящей войны.

Платье в серый горошек. Как львы между собой сговорились. Корзина с еловыми шишками. Ерунда на постном масле. Когда я была маленькая. От души и на память. Как волки учат своих детей. Как дядя рассказывал про то, как он ездил верхом. Как мальчик рассказывал о том, как он дедушке нашел пчелиных маток. Как мальчик рассказывал про то, как его не взяли в город.

Как мужик гусей делил. Как мужик убрал камень. Как тетушка рассказывала о том, как она выучилась шить. Как тетушка рассказывала о том, как у нее был ручной воробей — живчик. Как я в первый раз убил зайца Рассказ барина. Как я выучился ездить верхом. Конец Бульки и Мильтона. Охота пуще неволи Рассказ охотника. Рассказ мужика о том, за что он старшего брата своего любит. Солдаткино житье Рассказ мужика. Царский сын и его товарищи. Что случилось с Булькой в Пятигорске.

Король с раскрашенной картинки. Скaзкa про Ивaнa, искaвшего счaстье. Фея в медвежьей берлоге. Таня въезжает в деревню.

Дядя Ну и тетя Ох. Жиробей и Божья Слоновка. Кот, который умел петь. Кошкин городок новогодняя сказка. От тебя одни слезы. Сказка о диком городе.

Сказка про веник и палку. Сказка с тяжелым концом. Голубь, облетевший весь мир. Как у нас появились голуби. На берегу Студёного моря. Почему голуби не летают клином. Синехвостая — дочь Верной. О том, как Ленину подарили рыбу. Рассказ о том, как Ленин купил одному мальчику игрушку. Рассказ о том, как Ленин перехитрил жандармов. Волшебство из-под кровати, часть вторая. Волшебство из-под кровати, часть первая. Гришка, который живёт на крыше. Детский сад для зонтиков. Добрые дела по расписанию.

Жизнь Котофея Эдуардовича, рассказанная им самим. Как Мастер Черешня познакомился с поленом. Контракт на миллиард улыбок. Лапы, хвосты и злодейства. Лялька, Гришка и блины. Ночные приключения волшебника Васи. О гномах и министерстве снега. Переполох на ежиной почте. Приключения Сони в Волшебном лесу. Самый необычный мальчик на земле. Сказка о маленькой фее. Сказка, рассказанная в субботу. Старушка-невидимка и другие дачные приключения. Котенок, который любил ходить в гости. Котенок, который умел лаять.

Откуда у ежа колючки? Почему у зайца длинные ноги? Сказка о грустном зайчонке. Сказка про коварного кота и доверчивого пса Барбоса. Букашка, которая хотела стать большой. Ежик, которого можно было погладить. Зеленый лягушонок и желтая кувшинка. Как две лисы нору делили. Как ослик Алфавит учился уважать старших. Как утенок Крячик свою тень потерял. Как Чернобурчик в футбол играл.

Как щенок Тявка учился кукарекать. Кролик, который никого не боялся. Мышонок Крошка выходит на лед. Осколок луны на черепичной крыше. Сказка о знаменитом крокодиле и не менее знаменитом лягушонке.

Сказка о перевернутои черепахе. Упрямый, упрямыи, упрямый Ослик. Фонтан, который умел плавать. О чем шепчутся раки. Разговор птиц и зверей. День рождения старой ели. Как кошка на дачу собиралась. Как у зайчонка зуб болел. Правдивая история о садовнике. Сказка о веселой пчеле. Сказка о старой вазе. Сказка об осеннем ветре. Сказка про старый дом. Сказка про старый пень. Сказка про щенка и старую тапочку.

Хорошо, что хорошо кончается. Витязь с острова Врангеля. Галашка — живой Чебурашка. Ежонок Тимка и мышонок Невидимка.

И заяц способен на подвиг. Как появилась у меня звериная семья. Как свинья стала рысаком. Пашка снова на манеже. Первый зритель — Ромка Ракетоноситель. Подарок больше не опасен. Семёнов-младший и его дед. Чрезвычайное происшествие, или Чичи-проказница. О чем напомнила картина. Что случилось с Николенко. Заяц Коська и Родничок. Как ежа Кирюху лечили. Как заяц Коська капусту поливал. Как заяц Коська лису Лариску ловил. Лиса Лариска и белка Ленка. Сом Самсон и медведь Потап.

Старый лось около стога сена. Арбуз с творогом и колбасой. Четыре с половиной литра. Приключения Незнайки и его друзей. Коротышки из Цветочного города.

Поход Винтика и Шпунтика в город Змеёвку. В гостях у Смекайлы. Как Незнайка был музыкантом. Возвращение Винтика и Шпунтика. Как Незнайка был художником. Как Незнайка сочинял стихи. Как Незнайка катался на газированном автомобиле. Как Знайка придумал воздушный шар. Мяч и песочные пироги. Во всём виноват Фарадей. Где живёт хвостик радуги. День рожденья вверх ногами. Как звуки в телевизоре поселились. Как мы на люстре висели. Как мы перевернули дом. Как мы поздравляли маму.

Как мы поздравляли папу. Как мы смотрели телевизор. Как папа клопов гонял. Как первоклассник Васька стал гордостью школы. Как удав мальчика проглотил. Мои родители - оптимисты. Мы понимаем друг друга. О мороженом и забастовках. Папа издает странные звуки. По усам да в бочонок. Что мы ловили в ванной. В поле съезжаются, родом не считаются. Сказание о храбром витязе Укроме-табунщике. Сказка о медведе костоломе и об Иване, купецком сыне.

Сказка о Никите Вдовиниче. Возраст выносливых и тепеливых. Земля имеет форму репы. Лазоревый петух моего детства. Приснится же перед рассветом. Сальто-мортале с подкидной доски. Из приключений Яшки Кошкина в Лиловых горах. Разные авторы Аленький цветочек. Люся и дедушка Крылов. О мыши,которая легкомысленно забралась в чемодан. Отчего Моисей не улыбался, когда был маленьким. Сказка о лысом пророке Елисее, о его медведице и о детях.

Дедушка, бабушка, Герхард и Густав. Если хочешь писать о героях…. Каждая улица дышит смертью. Как Сотая стала Первой. Море справа, горы слева. На Берлин идут машины. Три часа по берлинскому времени. Последние метры война считает. Ранен в бою солдат. Руки кверху, фельдмаршал Паулюс! С Букрина, с Лютежа? Хороши у гиганта лапы. Как куры научились плавать. Лето, очень плохое лето….

Светка, Алешка и Мама. Светлана — наша Сейдеш. Я люблю нашу улицу…. Снеговик с добрым лицом. Под крышей из облаков. Чтобы стало совсем хорошо. В самое жаркое воскресенье, которое было в лесу. В сладком морковном лесу. Заяц, Ослик, Медвежонок и чудесные облака. Как Ёжик с Медвежонком приснились Зайцу. Как Ёжик с Медвежонком протирали звезды. Как Ёжик ходил встречать рассвет. Как Ослик с Медвежонком победили Волка.

Как Ослик, Ёжик и Медвежонок встречали Новый год. Как Ослик, Ёжик и Медвежонок писали друг другу письма. Как Ослику приснился страшный сон. Как Слон ходил в гости к Ёжику. Когда ты прячешь солнце, мне грустно. Мы будем приходить и дышать. Не смотри на меня так, Ёжик. Однажды в солнечный день. Поросенок в колючей шубке.

Правда, мы будем всегда? Разрешите с вами посумерничать. Солнечный Заяц и Медвежонок. Теплым тихим утром посреди зимы. Федя, Тося и паровозы. Мальчик и две собаки. Артелью работал, один за стол садился. Брюки восемнадцать верст длины. В одно время в двух гостях гошшу. За дровами и на охоту. Как парень к попу в работники нанялся. Как поп работницу нанимал. Как соль попала за границу. Как я чиновников потешил.

Ледяной потолок над деревней. Медведь от поповского нашествия избавил. Месяц с небесного чердака. Моей горячностью старушонки нагрелись. На корабле через Карпаты. На треске в море гуляю. Пляшет самовар, пляшет печка. Поросенок из пирога убежал. С промыслом мимо чиновников. Своим жаром баню грею. Сила моей песни плясовой. Уйма в город на свадьбу пошла. Царь в поход собрался. Чтобы всего себя не разбудить. Под веником кто-то был. Дом для плохого настроения. Дом для хорошего настроения. Зима за день покажется.

Жердяя звать не надо. Зимой у Бабы Яги. Вот беда, беда, огорчение! Я хочу видеть укротителя. Как моржи с белыми медведями поссорились. Как мышонок со всем миром разговаривал.

Как на самом-самом Севере лисицы на уток охотятся. Моя кошка Джина Лоллобриджида. Про таракана Шурупика, мышку Сусанну и попугая Костю-одессита. Шурка — дважды эмигрант Советского Союза. Как Воробей тёплый угол искал. Два билета на электричку. День рождения великого человека. Знаменитая избушка у Антонова колодца. Петька — тайный корреспондент. Гроза над картофельным полем. В лесу родилась ёлочка. В свете уличного фонаря. Главы 1 - 6. Главы 13 - Главы 18 - Главы 27 - Главы 34 - Главы 41 - Главы 47 - Главы 52 - Главы 59 - Главы 7 - Волшебство и никакого мошенничества.

Гости и поросенок, которого не было. Как Таня спасла Винни Пуха. Как у Насти кукла убежала. Мне не страшен серый волк. Новые знакомые и полный порядок.

Оля в стране мыльных пузырей. По волнам к далеким берегам. Пусть всегда будет солнце. Рыцарь Коля и его подвиги. Скворечник — это серьезно. Как я был самостоятельным. Всадник, скачущий над городом. Девочки с Васильевского острова. Забор с голубым глазом. У человека должна быть собака. Дом, который можно съесть. Про козлёнка, который умел считать до десяти.

Солнышко спит в колокольчиках. Вода для лошадки Деда Мороза. Волк, который всё время смеётся. Десять красных ноготков и один красный нос. Зебра, обезьяна и другие звери. Как Мишка упал с самолёта. Как Саша бодался с козлёнком. Как Саша был девочкой. Как Саша был начальником станции. Как Саша и Маша вырезали картинки. Как Саша и Маша высиживали птенчиков. Как Саша и Маша ели мороженое. Как Саша и Маша ели сливы.

Как Саша и Маша заблудились. Как Саша и Маша играли в воришку. Как Саша и Маша играли в магазин. Как Саша и Маша играли в парикмахерскую. Как Саша и Маша играли на пианино. Как Саша и Маша курили. Как Саша и Маша мыли посуду. Как Саша и Маша нашли собаку. Как Саша и Маша пекли блинчики. Как Саша и Маша подружились. Как Саша и Маша покупали сигары. Как Саша и Маша помогали маме. Как Саша и Маша потерялись.

Как Саша и Маша раскрашивали яйца. Очаровательная фотосессия мамы пятерняшек. Как дата рождения определяет всю вашу дальнейшую жизнь. Что происходит, когда собака облизывает лицо человека?

Что значит, если собака вас облизывает? Почему надо заниматься сексом как можно чаще? Такие особи могут привести в ужас каждого. Для чего женщины испытывают оргазм? Почему от женщины неприятно пахнет: Главная Новости и общество Природа Британские острова отделились от Европы миллионы лет назад в результате катастрофической эрозии.

Подписаться Рекламa на статье 0 0. Как жаль, что хорошие супруги не растут на деревьях. Если ваша вторая половинка делает эти 13 вещей, то вы можете с Может быть, вы именно тот человек, который многократно перерождался? Эти 6 убедительных признако Миловидные мальчишки и девчонки превращаются в с Никогда не делайте этого в церкви!

Если вы не уверены относительно того, правильно ведете себя в церкви или нет, то, вероятно, поступаете все же не так, как положено. В силу этого и производилось расследование. Однако эти сведения не подтвердились. Не подлежит сомнению, что, будучи любезным и внимательным к Царю, как о том говорят единогласно все свидетели, Керенский ни на одну минуту не был искренен с ним.

Выше я приводил уже показание свидетельницы Эрсберг по этому вопросу. Так же освещают его и другие свидетели:. Правительство тогда решило взять более твердый курс в управлении страной. Но в то же время оно опасалось, что новый курс может повлечь за собой народные вспышки, с которыми ему придется бороться вооруженной силой. Страна явно шла под уклон.

Нажим на Правительство со стороны советов делался все сильнее Ясно было, что царскую семью для ее благополучия нужно было куда-то увезти из Царского. Обсуждение всех вопросов, связанных с этой необходимостью, было поручено Керенскому.

Он делал тогда доклад Правительству. Было решено перевезти ее в Тобольск. Сибирь тогда была покойна, удалена от борьбы политических страстей, и условия жизни в Тобольске были хорошие: Юг не мог быть таким местом: Решение вопроса о перевозе семьи в Тобольск состоялось при мне. Сначала проявлялось большое возбуждение в этом вопросе со стороны солдатско-рабочих масс.

Мое упоминание 20 марта в Москве про возможный отъезд царской семьи из Царского в Англию вызвал налет на Царское со стороны петроградского совета. Совет тут же отдал распоряжение по линиям не выпускать никаких поездов из Царского, а потом в Царское явился с броневыми машинами член военной секции совета Масловский левый эсер, библиотекарь Академии Генерального Штаба и пытался взять Царя.

Он не исполнил этого только потому, что в последнюю минуту он растерялся. Царское было для нас, для Временного Правительства, самым больным местом. Для большевиков это было бельмом на глазу. Они вели сильнейшую агитацию против Временного Правительства и лично против меня, обвиняя нас в контрреволюционности. Они усерднейшим образом вели пропаганду среди солдат, несших охрану в Царском, и разлагали их.

Бывая в Царском и узнавая там о разных непорядках, я должен был реагировать на это, иногда прибегая к резким выражениям. Настроение солдат было напряженно-недоверчивое. Из-за того, что дежурный офицер, по старой традиции дворца, получал из царского погреба полбутылки вина, о чем узнали солдаты, вышел большой скандал. Неосторожная езда какого-то шофера, повредившего ограду парка автомобилем, также вызвала среди солдат подозрения и толки, что Царя хотели увезти.

Все это создавало дурную атмосферу; мешало Временному Правительству работать и отнимало у нас реальную силу: Мне кажется, что вопрос, который я анализирую, об увозе царской семьи в Тобольск, по самой логике является соединением двух разных вопросов: Случай с Масловским, о котором говорит Керенский, имел место в первые дни смуты. После этого не случилось ничего, что непосредственно угрожало бы царской семье в Царском. Мотивируя Царю необходимость отъезда из Царского, Керенский, конечно, должен был говорить о благополучии семьи.

Что иное мог он сказать в его положении? На следствии он указал иные причины, связанные с благополучием не Царя, а Временного Правительства.

К этому ничего добавить нельзя. Глава Временного Правительства князь Львов объяснил такой выбор опять-таки благополучием семьи: Я стал выяснять эту возможность. Предполагал я увезти их куда-нибудь в центр России, останавливаясь на имениях Михаила Александровича и Николая Михайловича.

Выяснилась абсолютная невозможность сделать это. Просто немыслим был самый факт перевоза Царя в эти места через рабоче-крестьянскую Россию. Немыслимо было увезти их и на Юг.

Там уже проживали некоторые из Великих Князей и Мария Федоровна, и по этому поводу там уже шли недоразумения. В конце концов я остановился на Тобольске. Отдаленность Тобольска и его особое географическое положение, ввиду его отдаленности от центра, не позволяло думать, что там возможны будут какие-либо стихийные эксцессы.

Я, кроме того, знал, что там удобный губернаторский дом. На нем я и остановился. Первоначально, как я припоминаю, я посылал в Тобольск комиссию, в которую, кажется, входили Вершинин и Макаров, выяснить обстановку в Тобольске.

Я не могу понять, почему везти Царя из Царского куда-либо, кроме Тобольска, означало везти его через рабоче-крестьянскую Россию, а в Тобольск — не через рабоче-крестьянскую Россию. Место увоза Царя из Царского тщательно скрывалось от него до последнего момента. Они не знали потом, куда именно их отправляют, когда их увозили в Тобольск.

Им это не было известно даже в тот момент, когда они в самый отъезд были еще в доме. Я знаю, что Государя это раздражало: Такой способ заботы об удобствах других не представляется ли странным?

И разве ливадийские дворцы были менее удобны, чем губернаторский дом захолустного города? Часто бывает, что истина, когда ее пытаются скрыть, обнаруживается в маленьких штрихах, в деталях. Керенский сказал нам следующее: Временным Правительством были командированы доставить царскую семью в Тобольск два лица: Они составили в Тобольске акты, подписанные Государем.

Но Керенский не ограничился этим. Вместе с указанными лицами он отправил сопровождать семью еще упомянутого прапорщика Ефимова. Кобылинский, бывший в курсе намерений Керенского, показал: Вот где лежала причина того, что царская семья оказалась в Тобольске, мог ли Керенский поселить семью в крымских дворцах?

Что стал бы тогда докладывать совдепу демократ Ефимов? Был только один мотив перевоза царской семьи в Тобольск. Это тот именно, который остался в одиночестве от всех других, указанных князем Львовым и Керенским: С царской семьей отбыли в Тобольск следующие лица: Позднее в Тобольск прибыли: Ратищев немедленно ответил согласием, когда узнал, что на него пал выбор Государя. Позднее, когда он был отделен от семьи и заключен в тюрьму, намекая, видимо, на раздумье Нарышкина, он говорил своему компаньону по тюремной камере: Я хорошо помню, что первое лицо, которое он выбрал, не пожелало быть с ним и отказалось.

Я положительно это удостоверяю. Кажется, таким лицом был Нарышкин. Тогда Царь выбрал Татищева. Я нахожу нужным, чтобы Вами, г. Следователь, было отмечено следующее: Оба они следовали под японским флагом.

В одном находилась царская семья, свита, часть прислуги и рота 1-го Лейб-Гвардии Стрелкового полка, в другом — остальная прислуга и роты 2-го и 4-го полков. В вагоне международного общества царской семье было предоставлено четыре купе. Поезда останавливались на малых станциях. Более продолжительные остановки делались в поле. Только на станции Званке железнодорожные рабочие пожелали узнать, кто следует в специальном поезде. Дом не был готов к ее приезду. Несколько дней она провела на пароходе и перешла в дом 26 августа.

Государыня с Наследником ехали в экипаже, Государь с Княжнами — пешком. Глава V [ 17 ]. Ранее в нем жил губернатор. Первая комната нижнего этажа справа, если идти по коридору от передней, занималась дежурным офицером.

В соседней с ней — помещалась комнатная девушка Демидова. Рядом с ее комнатой — комната Жильяра, а далее столовая. Против комнаты дежурного офицера находилась комната камердинера Чемодурова. Рядом с ней — буфетная, а далее шли две комнаты, где жили камер-юнгфера Тутельберг, няня детей Теглева и ее помощница Эрсберг.

Над комнатой Чемодурова шла лестница в верхний этаж. Она выходила в угловую комнату-кабинет Государя. Рядом с ним был зал. Одна из его дверей выходила в коридор, также деливший дом на две половины.

Первая комната направо, если идти от зала, служила гостиной. Рядом с ней — спальня Государя и Государыни, а далее — комната Княжен. С левой стороны коридора, ближе к передней, была шкафная комната. Соседняя с ней — спальня Наследника, а далее — уборная и ванная. Власть была в руках полковника Кобылинского. Местным властям он не подчинялся. Посланцев же центра не существовало. В 8 часов 45 минут подавался утренний чай.

Государь пил его в своем кабинете всегда с Ольгой Николаевной; остальные дети — в столовой. После чая до 11 часов Государь занимался у себя: Затем он шел на воздух и занимался физическим трудом. Обыкновенно он пилил дрова. Дети, кроме Ольги Николаевны, до завтрака, с часовым перерывом, занимались уроками. Затем Государь и Княжны шли на воздух.

К ним приходил несколько позднее и Наследник, обычно отдыхавший после завтрака по требованию врачей. Все они обыкновенно пилили дрова. Их общими трудами была выстроена площадка над оранжереей и лестница. Здесь на площадке, обращенной к солнцу, они любили сидеть. После чая Государь проводил обычно время у себя в кабинете. Дети до 8 часов занимались уроками.

После обеда семья собиралась вместе. К ней приходили Боткин, Татищев, Долгоруков и другие. Иногда Государь читал вслух. В 11 часов подавался чай. Наследник ложился спать вскоре после обеда. Государыня обычно не покидала своей комнаты до завтрака. В эти часы она или преподавала у себя некоторые предметы детям, или занималась чтением, рукоделиями, живописью. Чаще всего она и обедала у себя вместе с Алексеем Николаевичем: Иногда, оставаясь одна в доме, она играла на пианино и пела.

По праздникам приглашался доктор Деревенько и его сын гимназист Коля. Обед готовил старый царский повар Харитонов. За завтраком подавались супы, мясо, рыба, сладкое, кофе. Обед состоял из таких же блюд и фруктов, какие можно было достать в Тобольске. В сравнении с царскосельской жизнь в Тобольске имела одно преимущество: Всенощные богослужения и в Тобольске совершались на дому. Литургии же ранние совершались для нее в церкви Благовещения.

Население участливо относилось к заключенным. Когда народ, проходя мимо дома, видел кого-либо в окнах, он снимал шапки. Разные лица присылали провизию. Большое участие в жизни семьи принимал Ивановский женский монастырь. В Тобольске было спокойнее, чем в Царском. Все здесь было однообразно.

Семья жила в темном мире одних и тех же событий, одних и тех же интересов. Дом, огороженный двор да небольшой сад — вот вся территория, доступная семье. Всегда одни и те же люди. Даже в церкви узники не могли иметь ни с кем общение, так как народ не допускался, когда там молилась семья.

Чтобы скрасить жизнь, дети усиленно занимались уроками. Государь — историю Алексею Николаевичу, Государыня — богословие всем детям и немецкий язык Татьяне Николаевне. Математику и русский язык преподавала Битнер.

Гендрикова занималась по истории с Татьяной Николаевной. Жильяр и Гиббс преподавали французский и английский языки. Иногда ставились домашние пьесы на английском и французском языках. В них принимали участие дети. Наследник отмечает в дневнике 22 ноября года: Среди документов царской семьи имеется записка, писанная рукою Шнейдер [ 18 ]. Там записаны отрывочные мысли: Расхищают казну и иноплеменники господствуют Насильственное пострижение — тяжелая смерть Комиссар Временного Правительства Панкратов и его помощник Никольский.

В сентябре месяце в Тобольск прибыл комиссар Панкратов и его помощник Никольский. Это были посланцы центра. В показании Керенского значится: Василий Семенович Панкратов имел в своем прошлом весьма солидный багаж, чтобы оказаться достойным караулить заключенного Царя.

Помощник его Александр Владимирович Никольский был также в ссылке в Якутской области за свою принадлежность к партии эсеров, где и сошелся с Панкратовым. Свидетели характеризуют этих людей и их отношение к царской семье в таких красках:. Никольский — грубый, бывший семинарист, лишенный воспитания человек, упрямый как бык: Он был социалист и был в ссылке где-то в Сибири. Он был человек добрый и сердечный.

К семье, в особенности к Княжнам, и особенно к Марии Николаевне, он относился хорошо. Марию Николаевну он любил больше всех. Государь при встречах разговаривал с ним.

Никольский же был груб и непорядочен. Он был противоположностью Панкратову. Панкратов проявлял заботу о семье, как мог. Он хорошо в душе относился к ним и, как заметно было, жалел их. Особенно он любил Марию Николаевну. Однажды она зашибла себе глаз: Он, услыхав об этом, сейчас же прибежал и заметно беспокоился из-за этого.

Так же он относился к болезням Алексея Николаевича. Он и к Государю относился внимательно. Иногда он приходил к нам и любил рассказывать Княжнам и Алексею Николаевичу о своей ссылке в Сибири. Они любили его слушать. Никольский был страшно грубый и недалекий. Однако дело было не в личных свойствах Панкратова и Никольского. Они были представителями власти. Чем они были для семьи в этом отношении? Они принесли нам вред бессознательно: Это они делали как партийные люди.

Совершенно не зная жизни, они, самые подлинные эсеры, хотели, чтобы все были эсерами, и начали приводить в свою веру солдат. Они завели школу, где учили солдат грамоте, преподавая им разные хорошие предметы, но после каждого урока понемногу они освещали солдатам политические вопросы. Это была проповедь эсеровской программы. Солдаты слушали и переваривали по-своему.

Сердце Царя скорбело, когда он наблюдал, что новая власть стала проделывать над русскими солдатами. Панкратов был невысокого роста. Кроме пропаганды были и другие причины, разлагавшие солдат. Когда отряд уходил из Царского в Тобольск, Керенский обещал солдатам всякие льготы: Условия эти не соблюдались, суточные деньги совсем не выдавались.

Это сильно злобило солдат и способствовало развитию среди них большевистских настроений. Пребывание в Тобольске Панкратова и Никольского продолжалось довольно долго: Их выгнали сами солдаты, обольшевичившиеся в громадной массе.

Это произошло 9 февраля года. Им пользовались как лекарством. Когда Никольский увидел ящики с вином, он собственноручно вскрыл их и перебил топором все бутылки. Детям скучно было в доме. Невесело было и во дворе, закрытом высоким забором. Тянуло посмотреть на улицу, на свободных людей. Никольский заметил это и решил пресечь такое нарушение правил. Я тогда же потребовал от Панкратова, чтобы он унял усердие не по разуму Никольского Когда они Панкратов и Никольский приехали и ознакомились с нашими порядками, Никольский сразу же заявил мне: Так могут и чужого человека впустить.

Я стал его отговаривать от этого, так как часовые и без того прекрасно всех знают. Не разум носителя власти руководил Никольским, а чувство тупой злобы и бессмысленной мести. Он хотел мстить и в злобе не разбирал, что мстит не Царю даже, а свите и прислуге. Наглядное поведение Никольского развращало солдат: Первое, на что устремилось их внимание, были качели для детей. Они стали покрывать доску качелей отвратительными по цинизму надписями.

Как в Царском под влиянием Домодзянца, так здесь под влиянием Никольского солдаты перестали отвечать на приветствия Государя. Однажды он поздоровался с солдатом: Увидели это солдаты и подняли целую историю: Кое-как удалось мне уговорить эту потерявшую всякий стыд ватагу, что не надо производить обыск. Пошел я сам просить Государя отдать мне кинжал, объяснив ему о происшедшем.

Провожая старых солдат, выражавших чувства преданности семье, Государь и Государыня поднялись на ледяную гору во дворе, чтобы через забор видеть их отъезд. Оставшиеся солдаты ночью срыли гору.

Во время литургии в первый день Рождества диакон Евдокимов, по приказанию священника Васильева, провозгласил за молебном многолетие Императору по старой формуле. Это вызвало бурю в солдатской среде. Солдаты вынесли постановление убить священника, и епископ Гермоген был вынужден удалить его временно в монастырь. В конце концов злоба их пала на семью. Они постановили запретить царской семье посещать церковь: С трудом Кобылинскому удалось вырвать решение, чтобы семья посещала церковь в двунадесятые праздники.

В дневнике графини Гендриковой значится: Присутствовал за домашним богослужением в роли контролера солдат Дорофеев. Священник упомянул в молитве Святую Царицу Александру. По невежеству Дорофеев не понял смысла молитвы и поднял большой скандал. Едва его умиротворил полковник Кобылинский. Без всякого видимого повода солдаты выселили свиту и прислугу, живших в отдельном доме купца Корнилова, и поселили всех с царской семьей, стеснив ее удобства.

Долго обсуждали они вопрос о снятии погон офицерами. Вынесли решение и потребовали через Кобылинского, чтобы снял погоны и Государь. Понимая, как оскорбительно будет для него это требование, Кобылинский долго боролся с солдатами, грозя им и английским королем и германским императором. Солдаты стояли на своем и грозили Государю насилием. Кобылинский вынужден был обратиться к нему через Татищева. Государь подчинился насилию и снял погоны. Рядом с этими прискорбными фактами данные следствия устанавливают, однако, и иные.

В Царском едва намечалось деление офицерского и солдатского настроения к Царю и его семье. В Тобольске оно выразилось резко. Я не могу назвать ни одного имени из офицерской среды, с которым бы связывалось что-нибудь худое для семьи. Наряду с солдатами, отравлявшими жизнь в Тобольске, были солдаты, питавшие совсем иные чувства к Царю и его семье.

Одна партия относилась к семье хорошо, другая худо. С этими Кобылинскому приходилось туго. Когда дежурили хорошие солдаты, Государь ходил к ним в их караульное помещение, где помещались дежурные солдаты, разговаривал с ними и играл в шашки. Такие жалели и на словах, и на деле семью. Помню, особенно хорошо к ним относился солдат 1-го полка стрелок Этот стрелок, когда ему истек срок службы, не желал уходить от семьи. Ему не позволили этого сделать другие солдаты. Стараясь не показывать воочию своих чувств, некоторые солдаты тайком пробирались в кабинет Царя и там давали простор им.

Много злостного мне приходилось слышать о полковнике Кобылинском: Скажу о нем, как его роль устанавливается следствием. Участник европейской войны, он был ранен в боях под Лодзью.

Раненый, он вернулся на фронт и в боях под Гутой Старой был сильно контужен. Снова он вернулся на фронт, но контузия повлекла за собой острый нефрит, и он потерял боеспособность. В его исключительно трудном положении он до конца проявил исключительную преданность Царю. Он однажды потерял надежду справиться с ними с солдатами и заявил Государю об этом.

Государь просил его остаться, и он остался. Он их любил, и они все хорошо относились к нему. Он был весьма предупредителен к ним и заботился о них. Но ему было очень тяжело ладить с распущенными солдатами и приходилось быть весьма осмотрительным. Он, однако, проявлял большой такт. Семья, конечно, должна была жить на свои личные средства. Императору, как бывшему главе России, приличествовал известный образ жизни. Создать и поддерживать уклад этой жизни было обязанностью Временного Правительства, так как оно лишило Царя свободы.

Предложение покинуть царскую семью создало тяжелое состояние для всех тех, кто был действительно предан им и кто в своей совести считал унизительным для человеческого достоинства бросить царскую семью в тяжелую для нее минуту.

В одном из заграничных банков, считая все средства семьи, оказалось 14 миллионов рублей. Фактически и эти деньги были недоступны для царской семьи. Она жила на средства Правительства. В Царском недостатка в денежных средствах не было. В Тобольске же положение стало хуже: Временное Правительство как бы забыло о семье и не посылало пополнений ни на содержание семьи, ни на содержание отряда.

Пришлось жить в кредит. Я писал по этому поводу генерал-лейтенанту Аничкову, заведовавшему хозяйством гофмаршальской части, но результатов никаких не было. В конце концов Кобылинский был вынужден пойти по городу и просить денег на содержание Царя и его семьи.

Он достал их под вексель за своей личной подписью, Татищева и Долгорукова. Когда Керенский отправлял семью в Тобольск, он говорил Кобылинскому: Он показал при допросе: В показании Кобылинского значится: Все эти истории были мне тяжелы.

Это была не жизнь, а сущий ад. Нервы были натянуты до последней крайности. Тяжело ведь было искать и выпрашивать деньги на содержание царской семьи. И вот, когда солдаты вынесли постановление о снятии нами, офицерами, погон, я не выдержал. Я понял, что больше нет у меня власти, и почувствовал полное свое бессилие.

Я пошел в дом и попросил Теглеву доложить Государю, что мне нужно его видеть. Государь принял меня в ее комнате. С нас сняли погоны. Я не могу больше Вам быть полезным. Если Вы мне разрешите, я хочу уйти. Нервы у меня совершенно растрепались. Государь обнял меня одной рукой.

На глаза у него навернулись слезы. Вы видите, что мы все терпим. Потом он обнял меня, и мы поцеловались. Она должна жить на свои средства. Советская же власть дает ей квартиру, отопление, освещение и солдатский паек. В то же время запрещалось тратить из своих средств больше рублей в месяц на человека. Это все ухудшало жизнь. Со стола исчезли кофе, сливки, масло. Стол вообще стал хуже, скуднее. Испытывали нужду в сахаре. Были уволены 10 служащих. Но солдаты пошли дальше.

Они самовольно арестовали всех лиц, бывших при семье, не исключая и прислуги. В это время они и поселили их в губернаторском доме. Только один англичанин Гиббс упорно боролся за свою свободу и настоял на своем. Я считаю факты, разрешающие этот вопрос, самыми важными во всей системе следствия. Они и самому преступлению над Царем и его семьей придают особый характер, имея для нас, русских, глубокое национальное значение. В первое время жизни семьи в Тобольске власть над ней была в руках полковника Кобылинского.

Потом приехал комиссар Панкратов с помощником своим Никольским. Вследствие целого ряда причин власть постепенно стала переходить в руки солдат, и они сделались единственными распорядителями в жизни семьи. Конечно, самое нарастание их властвования шло медленно. Я думаю, что самым сильным толчком для этого послужил большевистский переворот в центре. Появилось состояние какой-то неопределенности: Самой главной была неаккуратная выплата суточных денег.

Требования солдат, иногда очень бурные, обрушивались на Кобылинского. Он писал в центр бесконечные бумаги. Боясь за царскую семью, на которую могла пасть злоба солдат, Кобылинский занимал деньги, успокаивая страсти.

Большевистский переворот сильно осложнил положение Кобылинского. Раньше он занимал деньги у губернского комиссара под авторитет Временного Правительства. После большевистского переворота занимать стало не у кого. Выгнав Панкратова и Никольского как людей им совершенно чуждых и бесполезных, солдаты не дерзнули поднять руку на Кобылинского.

Но они неизбежно пришли в конце концов к выводу: Такое настроение передалось всем лицам, окружавшим семью. Читая дневник Гендриковой, видишь, что все изо дня в день ждали, когда же приедет этот комиссар. Он назывался Василием Васильевичем Яковлевым и держал себя как высокое лицо. При нем был отряд красноармейцев в человек. В его свите был даже особый телеграфист, через которого шли сношения по телеграфу. Первый документ был удостоверением о личности Яковлева.

Второй документ был предписанием на имя Кобылинского, третий — на имя отряда. В них ЦИК требовал беспрекословного исполнения приказаний Яковлева и предоставлял ему право расстрелять неповинующегося на месте.

Ни одним словом не обмолвился об этом и Яковлев в беседе с Кобылинским.